Я вышла замуж за театр… (интервью)

Комедийной мелодрамой «Мадонна, как я устала!» по пьесе Эдуардо де Филиппо «Филумена Мартурано» завершается очередной театральный сезон. Напряженный репетиционный период, как говорится, на финишной прямой. Впереди три премьерных дня. О том, что уже сделано и что еще предстоит, беседуем с исполнительницей одной из главных ролей спектакля актрисой Еленой Дудич. 30 июля любимая могилевским зрителем актриса отмечает 25-тилетие своей творческой деятельности. Так что это праздник вдвойне.

- Работа над спектаклем только началась, как вдруг под вопросом оказалась одна из главных мужских ролей. Без преувеличений, ситуация сложилась просто катастрофическая…

- …К сожалению, случилось это уже тогда, когда были куплены костюмы, сделаны декорации! Сами понимаете, насколько все было серьезно. И то, что пережили мы с режиссером Андреем Эдуардовичем Гузием - врагу не пожелаешь. Три просто жутких дня… У меня до сих пор бессонница. И нервы на пределе. Но появился Петр Юрченков. Я считаю, что это Божье провидение. Господь всегда со мной и в нужный момент протягивает руку помощи. Ситуация с данным спектаклем не стала исключением. И все произошедшие изменения, на мой взгляд, только в плюс спектаклю. Он стал намного богаче и интереснее. Для меня работа с Петром Юрченковым - подарок небес. Иначе я это назвать не могу. Значит, так и должно было случиться… Принимаю с благодарностью (улыбается).

-То есть небеса все-таки подарили вам эту роль… Так кто же ваша героиня, и как вы относитесь к ней?

- Как и все мои героини, она – сильная женщина, с твердым характером. Эта роль, скажем так, новый этап в моей творческой биографии: женщина-мать. Тема материнства в спектакле интересна мне в первую очередь… Я люблю своих героинь, ведь все они мне близки. А по-другому было бы просто невозможно. И Филумена не исключение. Ее есть за что любить! Моя героиня действительно достойна уважения. 25 лет терпеть… Это выдержит далеко не каждая женщина. Ведь 25 лет - огромный срок. Как надо любить, как надо верить?!. Преклоняюсь, конечно.

- С режиссером Андреем Гузием вы работаете вместе уже долгие годы. Роль в этом спектакле была специально подобрана для вас, как-никак, 25-тилетие творческой деятельности не рядовое событие?

- Во-первых, об этой дате я узнала совершенно случайно. К сожалению, в театре об этом никто не помнит. И я, естественно, не считаю эти годы и не ставлю галочки: в прошлом году сделано то-то и то-то. К счастью, в моей жизни нет подобного маразма. Вот и об этой дате я совершенно забыла. Парадоксально, но мне сообщили о ней из посольства Украины. Так что было очень горько и радостно одновременно: в Украине я проработала всего два года, а в Беларуси - двадцать три… Но вернемся к роли. Она появилась случайно. Ведь был совершенно другой проект, которым я брежу уже не первый год. Скоро уже десяток лет наберется, наверное. И не только я, но и Андрей Эдуардович Гузий и Григорий Яковлевич Белоцерковский. Но его почему-то не пропускают. Так что играем в мелодрамах и комедиях, наступая на голову собственной песне. Однако дешевка, плохой, случайный материал, слава богу, никогда не появлялись в нашей совместной творческой судьбе. Мы с большим уважением относимся к своей профессии. Таким образом - «Филумена Мартурано». Классика.

- «Как я устала!» Спектакль с довольно символичным названием, к тому же под конец театрального сезона. Можете ли вы сказать, что устали?

- Я – нет. Все в театре знают, что это качество мне не присуще. Я стойкий оловянный солдатик (смеется). Надо значит надо. Вообще-то я холерик, потому и не могу находиться в состоянии покоя. Я очень устаю, когда нахожусь в этом состоянии. А пока я работаю – я живу. И как только в работе появляется пауза, я просто тихо умираю. И с этим поделать ничего не могу. Для меня слово «устала» не существует. Но ресурсы человеческого организма, к сожалению, не бесконечны.

- От работы, значит, не устаете. Но от чего тогда?

- (после непродолжительной паузы) Устала оттого, что приходится порой доказывать то, что очевидно. Доказывать людям, которые ничего не понимают в театре, что я - могу. И что - права. Меня ведь этому учили. Я отдала профессии 25 лет. В конце концов, не двор же вокруг театра подметала. У меня есть свой зритель. И только потому я до сегодняшнего дня в могилевском театре, только ради своего зрителя. Меня ведь здесь ничего не держит: ни семья, ни дом, ни деньги. Деньги, семья, дом у меня в Украине. Но 23 года своей творческой биографии я отдала могилевскому зрителю, которого люблю бесконечно и буду любить всегда. И знаю, что он мне отвечает взаимностью. Доказывать кому-то, что я - могу? Я уже доказала. Я уже давно все доказала. Полжизни мы работаем на имя, а остальные полжизни имя работает на нас. А на меня оно уже давно работает. Все мои роли не приносились мне на блюдечке с золотой каемочкой. То, что создано до сегодняшнего дня, все эти роли выдраны зубами, выцарапаны, как будто я не имею на это право. Это оскорбляет. Я имею на это право. И это не самолюбование. Просто я знаю себе цену. Если я чего-то не принимаю, то не приму никогда.

- Но своего партнера Петра Юрченкова вы, похоже, приняли?..

- Мы профессиональные люди. Петр Петрович… Петя… Моя радость (улыбается), ведь так, как он признается мне в любви на сцене, поверьте, уже многие-многие годы никто не признавался. Это невозможно передать словами. Это нужно видеть. Чем выше профессионализм актера, тем меньше в нем звездности и всяких дешевых амбиций. С первой же секунды нашли общий язык… Я же говорю, что это Божье провидение. Весь репетиционный период Петр Юрченков - с корабля, как говорится, на бал. Минск-Могилев… Могилев-Минск. Все время нужно быть мобильным. Это огромный физический труд. Я недавно поняла: для того, чтобы сниматься в кино, надо иметь просто конское здоровье. Он вскочил к нам на помощь мгновенно. И ломает себя, не жалея: на днях отыграл 202-й спектакль «Филумена Мартурано» в своем театре киноактера в Минске. Спектакль играется им уже на автомате. Но он профессионал. Потому наш спектакль отнимает у Петра Юрченкова не меньше сил, чем у какого-либо другого актера. Низкий ему за это поклон. За все, что он делает. Он действительно спас спектакль и вывел его на абсолютно другой уровень.

- За 25 лет ролей сыграно немало. Что дала вам эта профессия и что спустя эти годы хочется сказать о ней?

- Я выросла за кулисами, так как моя мама работала в театре. А в четыре года уже состоялся мой дебют в профессиональном спектакле. Потом переиграла все детские роли, потом подростковые. Театр - это моя жизнь. И другой жизни просто нет. Вот так профессия мамы определила мою дальнейшую судьбу. Я вышла замуж за театр. И отделять себя от него не умею. Поэтому, наверное, мужчинам со мной тяжело (смеется). Я максималистка по сути. Все или ничего.

- Есть ли такая роль, которую вам безумно хочется сыграть, но пока не удалось?

-Есть. Пьеса называется «Вторая смерть Жанны д’Арк». На сегодняшний день эта роль, скажем так, уже выстрадана. Эта женщина - проститутка, которая доросла до уровня Жанны д’Арк. Высоко духовный материал о становлении человека, необыкновенный по своей силе и воздействию. И, наверное, этот материал уже скоро превратиться в идею-фикс для меня, Григория Белоцерковского и Андрея Гузия. Но в этом спектакле нам троим, поверьте, есть что сказать.

- Чего сейчас больше всего хочется, но не как актрисе, а как женщине?

- Моря!!! В море!!! В море с головой! Просто лечь на воду и все… Эта жара уже просто вымотала. Причем, когда я работала в Мариуполе и жила на море, мне оно совершенно не было нужно. А сейчас я просто этим брежу. Очень хочу! Не могу дождаться отпуска.

Фото Евгении Алефиренко