V.I.P.КУЛУАРЫ («Back in the USSR»)

Виктория Земчина, театральный критик, Минск:
— Спектакль очень порадовал, но у меня какое-то двойственное ощущение. С одной стороны, это улыбка, которая не сходила с лица, были посылы, узнаваемые с детства. Эти вещи уже генетически заложены во всех людях, рожденных в Советском Союзе, хотим мы этого или нет. Было очень приятно это узнавать и ловить. С другой стороны, этот спектакль для меня существовал на грани с неким КВНом, был риск скатиться из спектакля в КВН. Слава Богу, этот страх не оправдался. Постановка довольно целостная, театр повергает в шок, но я не испытала ничего подобного. Возможно, это произошло по той причине, что я с другого поколения, не совсем советского. Но было интересно ознакомиться с тем отрезком времени, 50-80 года. Пока это один из самых ярких спектаклей, представленных на форуме.

Олег Дидык, актер «Театра 19»:
— Мне очень понравилось. Прикольно. Я даже поплакал (улыбается) от песни «Бело-вежская пуща», я просто вообще не могу ее спокойно слушать: у меня разрывается нутро. А еще в контексте... Офигенно, офигенно! Нам режиссер рассказывал, что это очень известный, «многоездящий» театр. Но это, наверное, даже не до конца театр, это же не классический театр, он очень стран-ный. Очень необычно: на сцене три девочки — и больше ничего нету. Вот как это все выстроено — это вообще классно. Есть образы, типажи, три разных образа, которые до конца такими же и остаются. Нет никаких скачков в развитии образа, только говорится, что одна стала такой-то, другая — умерла. Но они же на сцене этого не проживают. Это необычно, я просто первый раз такое вижу, в такой эстетике. Я так понимаю, что в самом названии театра и есть смысл: это шок. Мне очень понравилось, я и посмеялся, и поплакал, все вместе. Это не традиционный классический театр, это что-то свое, такое вот отдельное, но очень классное, очень честное. Больше всего мне понравилась эта девочка в зеленой шапке, режиссер. Офигеть просто. Она сидела в самом начале возле меня. Идет спектакль, и тут она громко — «Хватит!». Я просто не ожидал...Потом я понял, что это ход такой режиссерский...

— А что насчет такого непосредственного общения со зрителем?

— Видите ли, тяжело люди переходят эту грань. Они же приходят на спектакль что-то получать, а отдают только аплодисментами. А когда их вовлекают в действие, они сопротивляются. И в нашем театре тоже есть спектакль, в котором используется такое прямое общение со зрителем. Это чудовищно. Мы как раз с парнем, который играл вчера Хруста, выходим в зал. И начинаем общаться со зрителем, но никто с нами не общается! Вот и здесь так. Зрители вроде бы и хотят, но не общаются, потому что они ведь на спектакль пришли, а не на цирковое представление. Но это потрясно, когда эта грань стирается. В принципе, театр и есть общение со зрителем, но на месте актера я бы не ждал ответа какого-то. Этот ход и так работает. А когда зрителя уже начинаешь прямо трогать, я не знаю, может, этого и не стоит делать. Но, с другой стороны, это очень зрителя объединяет. Однозначно я могу только сказать, что мне очень понравилось. А вот что именно понравилось я не могу сказать сейчас. Я потом подумаю, поразбираю у себя в голове все. Главное, что все очень честно, нет наигранности никакой. А вот эта девочка — Петрова — ей даже ничего и играть не надо, смотришь на нее и все, образ — просто умора. Или Иванова — одежда эта идиотская... Супер, молодцы девчонки. Это офигенно, это брутально, это «Арт и шок»... «Мы так видим и мы так делаем». И это офигенно, это имеет право на жизнь, я думаю, что это очень популярно, потому что никто не делает так. Они решились на это, и это супер.

Владимир Петрович, худрук Могилевского театра:
Мурашки по телу. Это пока самое мощное высказывание. Меня это очень торкнуло. В принципе, страшный спектакль, жуткий. Я еще долго буду отходить. Молодцы. Просто молодцы. Изумительные девочки. Кроме того, четко направленное попадание, четко построено. Бр-р! Мурашки по телу.

Фото Евгении Алефиренко