«Этот спектакль похож на день с переменной облачностью — едва сквозь водевильные тучи выглянет солнце разума, его вновь заслоняют мелодраматизм и беcконфликтность», — такое мнение я услышал от одного знакомого искусствоведа, пригласившего на премьеру гостей из Питера. Его жена была не столь метафорична и без эвфемизмов прямо и категорично заявила: «Абы что! При всём моём уважении к Курейчику — ерунда!» На мой вопрос, что её так раздосадовало, женщина уточнила: «Кроме платьев, не на что смотреть — спасибо, Петрович солировал. Если бы не он, пошла бы сдала билеты!»
Услашав такое мнение, словил себя на мысле, что в принципе со всем согласен, кроме одного — конфликт в постановке всё же есть. И я бы его назвал — «Петрович-Дудич — Курейчик», причём с явной симпатией режиссёра Валентины Ереньковой к актёрам облдрамтеатра. Возможно, неосознанного... Но обо всём по порядку...
Жанр пьесы «Кавалер роз» я бы не стал называть комедией. Во-первых, потому что не смешно, во-вторых, потому что не актуально. Скорее, это мелодрама с ржавыми пятнами водевиля. Теперь о конфликте. Собственно, в пьесе его нет! Да, есть интрижка, но конфликта нет! Поэтому нет актуальности (привязки к сегодняшнему дню) и, наверное, поэтому не смешно...Но, отдадим должное актёрам, в некоторых сценах — забавно.
Не желая «растекашися мыслью по древу», замечу, что над пьесой реет знамя эстетики «Комедиа дель Арте», которая всё прекрасно объясняет... Лёгкая, ни на что не претендующая репертуарная постановка! Это раз! Актёры — куклы с уже готовыми и неизменными образами. Это два! Конфликт — столкновение очевидного злодея с не менее очевидным героем. Это три! В итоге все счастливы... Это четыре! А на выходе — пафосная, костюмированная батлейка, т.е. ещё один репертуарный пирожок, вложенный в рот непритязательного, как некоторые думают, могилёвского зрителя. Кушайте господа! И не жалуйтесь, что слишком сладко!
И тем не менее, я аплодирую двум актёрам — Дудич (княгиня Верденберг) и Петровичу (барон фон Лерхенау). Дудич за то, что в который уже раз представила на сцене саму себя, а Петровичу за то, что негодяя превратил в героя. Эти два актёра, в отличие от всех остальных, не выполнили «задание Курейчика», «исказили» образы, привнеся в спектакль некоторую интригу. И слава Богу! Объяснимся...
Персонаж Дудич — Тереза, престарелая австрийская аристократка, склонная к любовным интрижкам. Такой она должна быть на всём протяжении спектакля! Т.е. «этой глупой луной на этом глупом небосклоне». Естественно, Елена Алексеевна с таким образом мириться не стала и превратила австрийский тип в украинский характер — темпераментный, мощный, вызывающий сочувствие и уважение. Браво Елена Дудич!
Персонаж Петровича — барон фон Лерхенау по прозвищу Кабан, болван, грубиян, неуч и бабник. В общем — аристократ! Таким он должен быть в спектакле. Барон — отрицательный персонаж, и, по идее, мы дожны приветствовать его поражение в финале пьесы. Но не тут-то было! Петрович представил не негодяя, а человека, превратив его пороки в слабости, которые не вызывают отторжения у зрителя. Мы сочувствуем единственному живому человеку на сцене!
Два отрицательных персонажа, благодаря последовательности Дудич и мастерству Петровича, превратились в положительных, разрушив авторский замысел Андрея Курейчика и внеся сумятицу в пьесу. Т.е. спектакль можно сравнить с поездом, который движется по единственной возможной колее; все вагоны (актёры) следуют по ней неукоснительно, за исключением двух, которые бунтуют и прокладывают собственную параллельную колею. Получается, как в анекдоте — все идут не в ногу, а Дудич с Петровичем в ногу. Странно, но это действительно так.
К сожалению, ничего не могу сказать об игре Григория Белоцерковского (дирижёр Венской оперы). Просто потому что не понял, зачем его персонаж появился на сцене. Для того, чтобы сказать сакраментальное «когда стрелляют пушки, музы молчат»? Или ещё раз подчеркнуть уязвимость художника, которым помыкают сильные и богатые? Очевидно, дирижёр в спектакле — из какой-то другой «оперы», не имеющей отношения ни к интриге, ни к развитию сюжетных линий.
Два героя подтекста — серые шинели — Николай Романовский и Анастасия Задорина. На мой взгляд, в этих образах чувствуется некая недосказанность, как-будто режиссёр начал лепить нечто глубокое и актуальное, но на полдороги остановился и махнул на них рукой. В результате получилась не драма, а буффонада! Это моё личное мнение.
Как всегда, хорош Василий Галец — Луи де Фюнес могилёвской сцены представил мещанина, желающего попасть во дворянство. И сделал он это, надо сказать, виртуозно! Гальцу просто необходимо на «Беларусьфильм». Режиссёры, где вы? Ау...
А вот сегодняшнему Курейчику на «Беларусьфильм» не надо! И это главное утверждение в этой статье. Когда-то Алексей Дударев назвал его надеждой белорусской драматургии. Подчеркну, белорусской, т.е. национальной. Но ничего белорусского в сегодняшнем Курейчике и близко нет. Удивляюсь, когда слышу от этого талантливого человека: «Я приведу в театр молодых белорусских драматургов».
Я хочу спросить: «Г-н Курейчик, а чем будут отличаться эти молодые белорусские драматурги от молодых российских или от молодых казахских драматургов?». Только тем, что они живут в «этой стране?» Вопрос считаю актуальным и для нового главрежа Могилёвского облдрамтеатра Екатерины Аверковой.
Источник - MyCity.by
