В этом году мастерская молодой режиссуры проходит под именем Павла Пряжко. Именно его пьесы ставят четыре молодых режиссера. С Павлом Харланчуком, который ставит пьесу «Урожай», удалось долго и плодотворно побеседовать сразу после репетиции. Спокойно, скромно и тихо Павел рассказал нам о своей работе над пьесой.
- Расскажите, как выбирался автор и распределялись пьесы.
- От Саши Марченко ко мне дошла инициатива, что в рамках фестиваля «M.@rt.контакт» будет представление драматурга Павла Пряжко. Решили в этот раз поставить белорусского автора, который у нас, наверное, ещё нигде не звучал. Четыре молодых режиссера будут ставить отрывки из его пьес. И мне предложили принять в этом участие. А до этого я в Минске по инициативе Леши Стрельникова и, опять же, Саши Марченко в республиканском театре белорусской драматургии как раз таки делал читку пьесы Пряжко. И поскольку мне эта пьеса понравилась, я согласился.
- А чем эта пьеса вам нравится?
- Мне нравится, как она отражает дух времени, как она звучит, Даже я бы не назвал ее пьесой, скорее текстом. Потому что, по моему представлению, она больше текст, что не умаляет достоинств этого материала. Но такого желания, чтобы прямо поставить этот текст на сцене в полноценный спектакль, у меня не возникает, но в качестве лаборатории или какого-то эксперимента меня это привлекает. Для меня это скорее является таким глубоким текстом, смешным и страшным, который отражает дух этого времени, дух тех людей, которые представлены. По мне она вроде как ни о чем и не написана, но она внутренне, интуитивно, чувственно задевает. Меня лично, мою «больку» она зацепила. Хоть это внешне и смешно выглядит.
- То есть вы хотите сделать скорее читку, чем постановку?
- Я бы, если честно, просто почитал пьесу по ролям с актерами. Тут либо показывать полноценный спектакль, над которым работали длительное время, либо почитать пьесу так, как она есть, с ремарками. Но желания подминать ее под себя, под свое видение, у меня не было. А было желание представить ее так, как она есть. Просто эта штука меня, прежде всего, вербально затянула, науровне слова.
Там присутствует какая-то бессвязность, бесцельность. Это, наверное, нужно сразу проецировать на поколение, которое живет сейчас. Опустошенное поколение - это то, что было до: у них что-то было, а потом это отняли. А это поколение - пустое, но это не плохо, скорее, это поколение «ноль», но не потому, что нулевые и никакие, а потому что это точка отсчета. К этому поколению я себя и отношу. Мне кажется, что я недостаточно получил от своих корней и сейчас мне нужно чего-то набирать откуда-то, я
все это делаю с нуля. У меня такое ощущение этого поколения и этого текста. Но эта пустота и тишина – накануне чего-то хорошего, такого положительного «взрыва». И это поколение «ноль», которое сейчас, например, в театральном пространстве - поколение проводников, что ли ... Идет такой поиск себя, постепенное движение от точки о вперед. Сейчас в театре такая ситуация, что никто не знает: что ставить, кого ставить, как ставить...
- А то, что ставят четыре режиссера пьесы одного автора - это нормально, или следовало бы пьесы разных авторов брать?
- А мне кажется, нормально. А если бы четыре режиссера поставили одну пьесу - вообще было бы хорошо. Тогда это бы показало разницу в прочтении материала ... Вообще Павел Пряжко в Москве действительно звучит! Там его принимают потому, что он им, наверное, больше подходит. А у нас он может и не подойти, в нашей реальности он может и не понравиться ... И не обязательно, чтобы его здесь принимали так, как принимают там. Но текст, несмотря на то, что многие, прочитав, его отбрасывают и говорят, что он ни о чем ... Мы сейчас и с ребятами, актерами, убедились: чем дальше начинаешь читать, тем больше находишь того, что не увидел в первом прочтении.
Во мне эта пьеса отозвалась скорее эмоционально, то есть я не разумом пользовался: событий нет, композиции как таковой вроде бы тоже нет. Что делать – непонятно, но эмоционально она у меня отозвалась. И для меня это светлая пьеса. То есть если кто-то видит там чернь, обижается на маты, то у меня наоборот возникают светлые чувства. Это потому что ноль для меня – как точка отсчета…
Вся проблема в том, что у нас привыкли сразу приклеивать на все ярлык, например: этот человек – идиот, а тот – умный. Это при первой встрече. А при встрече во второй раз окажется, что идиот все-таки умен, а умный глуп. С текстом Пряжко то же самое. По крайней мере, так было со мной.
Павел начал работать с нашими могилевскими актерами и думает, нашел с ними общий язык. Если вначале и были прения по поводу оправданности существования такого текста (спор - всегда неотъемлемая часть работы актеров с режиссером), то сейчас уже ставится вопрос о том, чтобы выучить текст и сделать так, чтобы пьеса прозвучала. И это будет, скорее всего, не пьеса, а впечатление об авторе и его произведении. Своей задачей Павел видит не поставить отрывок спектакля, но познакомить зрителя с текстом пьесы, вызвать в них интерес к произведению Пряжко. Поймут ли они его посыл? «Посмотрим», - говорит Павел.
Дениса Федорова, еще одного из участников мастерской молодой режиссуры, удалось на несколько коротких минут «поймать» между двумя спектаклями основной программы. Вот что он успел рассказать за это очень короткое время о своей работе над пьесой «Легкое дыхание».
- Скажите, почему вы выбрали для работы именно эту пьесу?
- Из предложенных я выбрал именно «Легкое дыхание», потому что она, наверное, более точно определяет дух современности, современного поколения, современного отношения к жизни .
- Как проходит работа над материалом? Все ли получается, что вы задумали?
- Вы знаете, до последнего момента нельзя сказать, получилось или нет. Конечный результат - всегда спектакль или в данном случае - показ. Вот когда придете и посмотрите, тогда я вас и спрошу - получилось или нет. А самого себя оценивать я не могу.
- С актерами уже нашли общий язык?
- Да, уже нашли.
- Разногласия есть? Были?
- Творческий процесс всегда состоит из разногласий, диалогов, борьбы мнений. Все так и должно быть, если это не выходит за рамки. Если актер всегда со всем согласен, это ненормально. У него должны быть свое мнение, своя позиция.
- Что лучше для мастерской: ставить разным режиссерам разных авторов или одного?
- Мне сложно ответить на этот вопрос. Интересно поставить и одного автора, и разных. В случае с одним автором интересно будет посмотреть, как видят, читают его четыре разных человека.
-А если бы одну пьесу поделили на четыре части и дали каждому из молодых режиссеров поставить одну из них?
- Было бы вообще интересно поучаствовать в таком эксперименте! (радостно-удивленно). Я бы с радостью согласился. Даже если бы один и тот же отрывок разные режиссеры поставили – тоже любопытно было бы.
Фото Евгении Алефиренко
